Глава9

Глава 9

Июль 2011 года

После того как Mt.Gox вернулась в онлайн-пространство, ей пришлось конкурировать с другими биржами, успевшими расплодиться прошедшей весной. И все же плохие новости так и продолжали сыпаться на пользователей Биткойна одна за другой.

В июле основатель маленькой польской биржи Bitomat заявил, что случайно удалил файлы, содержавшие личные ключи к биткойн-адресам пользователей, на которых хранилось 17 тысяч биткойнов. Монеты все еще были видны в блокчейне, но без личных ключей ничего с ними невозможно было поделать.

Этот случай указал на опасное свойство Биткойна, которое является оборотной стороной его преимущества. Сатоши Накамото спроектировал Биткойн таким образом, чтобы каждый пользователь обладал полным контролем над монетами, хранящимися на его адресах. Поэтому только человек, владеющий личным ключом, может получить доступ к монетам на счету. Таким образом, их не нужно хранить в банке, и правительство не сможет заблокировать этот счет. Устройство Биткойна также предполагало, что монеты не хранятся на определенном компьютере: если компьютер, на котором хранится кошелек, придет в негодность, монеты все равно останутся в блокчейне и будут доступны в том случае, если у владельца сохранились копии личных ключей.

Верно и обратное утверждение: если пользователь утратил личный ключ к определенному адресу и не сохранил его копии, никто и ничто не сможет ничего поделать с биткойнами, хранящимися на счету. Пользователи стали принимать меры предосторожности: копировали ключ на бумаге и сохраняли резервные копии. Но что если клочок бумаги потеряется или защищенный файл, хранящийся в облаке, как в случае с Bitomat, будет случайно удален вместе с резервными копиями? Не все, как оказалось, способны сохранить доверенные им ценные данные.

Еще один инцидент, произошедший спустя всего пару дней после сокрушительного провала Bitomat, напомнил всем о том, что компании, хранящие биткойны пользователей, имеют еще одно слабое звено – добросовестность их руководителей и владельцев. На этот раз потери постигли пользователей MyBitcoin. Веб-сайт, существовавший уже более года, предоставлял возможность создать кошелек и сохранить личный ключ, чтобы пользователь случайно его не потерял.

В конце июля монеты стали мистическим образом исчезать со счетов MyBitcoin-кошельков. Создатель сайта, человек, называвший себя Томом Уильямсом, был скуп на комментарии, а вскоре все кошельки и вовсе были заморожены. Пользователи с ужасом обнаружили, что никто, в общем-то, не имеет представления, кто такой этот Том Уильямс. Бывшие владельцы злополучных кошельков поначалу создали онлайн-дружину с целью поймать Тома Уильямса, но после первых успехов они потеряли нить. Не вызывало сомнений лишь то, что Том Уильямс, кем бы он ни был, испарился с биткойнами пользователей и, похоже, ничто не могло заставить его вернуть их. После новостей о его исчезновении стоимость биткойна опустилась до 6 долларов.

Череда скандалов и неуклонно снижавшаяся на протяжении всего лета 2011 года цена биткойна оттолкнули на том этапе многих пользователей, которых привлекла растущая цена несколькими месяцами ранее.

Будущее Биткойна, технологии, судьба которой зависит от доверия пользователей, было теперь туманным, как никогда прежде. Однако отток пользователей был подобен отливу, который обнажил то, что осталось, – и это было вовсе не такое уж жалкое зрелище. Да, людей было немного, но некоторые серьезные разработчики, примкнувшие к Биткойну в последнее время, остались в проекте.

Для таких людей, как Гэвин Андресен и Джефф Гарзик, происшедшее с Mt.Gox и MyBitcoin стало лишь еще одним подтверждением того, что децентрализованная система просто необходима. И Mt.Gox, и MyBitcoin были централизованными компаниями, и оба проекта провалились из-за того, что вся власть и деньги были сосредоточены в одних руках. В случае с Mt.Gox хакеру потребовалось узнать всего лишь один пароль, чтобы получить доступ к управлению всей системой. А поскольку Марк держал в секрете код Mt.Gox, пользователи биржи не имели возможности проверить программное обеспечение и внести замечания или предложения, чтобы помочь предотвратить атаку. Протокол Биткойн, напротив, постепенно эволюционировал, благодаря стараниям людей, имеющих свободный доступ к коду и продолжавших улучшать его, невзирая на разразившийся кризис.

Лето подходило к концу, постепенно становилось понятно, что биткойн-сообщество сохранило в своих рядах не только опытных программистов: июньские события привлекли к Биткойну внимание молодых разработчиков, которые видели разницу между основным протоколом и компаниями-надстройками.

Майк Хирн, британский программист, работавший в швейцарском офисе Google, создал список рассылки для программистов Google, интересующихся Биткойном, и за лето 2011 года он расширился до сотни адресов. С помощью этой рассылки работники Google рассказывали друг другу о новых идеях и скрытом потенциале протокола Биткойн.

Один из разработчиков Google из офиса в Маунтин-Вью, Чарли Ли, отправил Хирну чек на 3 тысячи долларов в обмен на кипу биткойнов. Вместе с тем Ли разослал своим близким письмо с указанием двенадцати причин, по которым стоит обратить внимание на Биткойн, включая следующие.

  • Биткойн – распределенная и децентрализованная система. Пиринговая система. Никакое правительство не сможет закрыть Биткойн или объявить его вне закона.
  • Биткойн не требует поддержки извне. Майнеры (т. е. р2р-узлы) мотивированы к тому, чтобы продолжать добычу биткойнов, что обеспечивает стабильность системы. Чем более стабильной будет сеть, тем больше пользователей поверят в биткойны и начнут их использовать. Чем больше пользователей будут использовать биткойны, тем более мотивированы будут майнеры.
  • За все отвечает код, а код у Биткойна – открытый.
  • Пять-шесть программистов Google начали работать над тем, чтобы сделать Биткойн более доступным для пользователей. Майк и другие Google-разработчики использовали особенность политики компании, позволяющую 20 % рабочего времени уделять нерабочим проектам. Майк использовал это время для создания BitcoinJ, Java-библиотеки, позволяющей встраивать поддержку Биткойна в сайты. Создание библиотеки BitcoinJ было существенным шагом вперед. До тех пор всякому, кто хотел использовать Биткойн, приходилось загружать все его программное обеспечение и полную копию блокчейна. К тому моменту это уже был огромный файл, и его размер делал невозможным использование Биткойна с телефона или как бы то ни было еще, кроме как со стационарного компьютера. Майк хотел, чтобы люди смогли использовать Биткойн, не принимая активного участия в работе сети, он работал над инструментом, который открыл бы Биткойн для более широкой аудитории, не владеющей глубокими технологическими познаниями.

    Однако разработки Майка вызвали беспокойство у его начальства, которое решило, что они могут навлечь на Google дополнительные проверки со стороны правительства, если оно все-таки сочтет Биткойн неугодным. Наперекор всему Майк боролся за свой проект и победил. И далеко не все руководство прохладно восприняло его идеи.

    Глава платежного департамента Google Осама Абедье попросил Майка ввести его в курс биткойн-разработок. Майку было известно, как долго боролся Google, чтобы создать собственную систему электронных платежей. Программа, над которой работал Абедье, Google Wallet, новой системой не являлась, она лишь позволяла задействовать ресурсы других существующих кредитных карт и банковских счетов. Все комиссии и ограничения по использованию счетов оставались актуальными и с Google Wallet. Майк изложил Абедье базовые принципы виртуальной платежной системы, не имеющей централизованного управления и не предполагающей комиссионных сборов. Когда Майк закончил свою презентацию, Абедье сказал ему: “Я никогда не повторю этих слов за пределами этой комнаты, но, на мой взгляд, именно такой и должна быть платежная система”.

    Разработчики Биткойна, не работавшие на Google, не получали никакого вознаграждения. У Гэвина, ведущего разработчика базового протокола, работа над Биткойном занимала все рабочее время и по-прежнему оставалась неоплачиваемой. У них на двоих с женой был маленький кабинет в их доме в Массачусетсе – там-то Гэвин и работал. Его стол соприкасался со старой батареей, которая гудела всю зиму, а кондиционер в оконном проеме дребезжал все лето напролет. То воодушевление, с которым Гэвин и Майк работали над развитием Биткойна, имело мало общего с реальным состоянием технологии летом 2011 года. Помимо всего прочего, купить что-либо за биткойны по-прежнему было проблемой. Если бы в августе 2011 кто-то задался целью составить исчерпывающий список организаций, принимающих к оплате биткойны, то в этом списке оказалось бы целых пять названий. Программистам к тому же уже было известно о некоторых изъянах протокола, которые необходимо было устранять по мере роста системы.

    Однако ни одна из этих причин не пошатнула веры программистов в большие возможности Биткойна в будущем. Одни были сосредоточены на микроплатежах, которые были нецелесообразны в случае традиционных платежных сервисов из-за комиссионных сборов, превышающих размер самой транзакции.

    Других привлекала идея обеспечить возможность иммигрантам осуществлять трансграничные платежи, не прибегая к услугам Western Union. Кто-то размышлял о путях реализации смарт-контрактов, описанных Сатоши, которые позволят пользователю, например, продать дом, не прибегая к дорогостоящим услугам нотариусов и эскроу-сервисов. А прочих вдохновляла сама идея Биткойна как будущей всемирной универсальной цифровой валюты, вполне в духе научной фантастики.

    * * *

    Помимо веб-разработчиков, Биткойн собрал вокруг себя круг поклонников, в большей степени заинтригованных идеологической концепцией, нежели стоимостью виртуальной валюты.

    К концу лета, ориентируясь на эту часть публики, Брюс Вагнер, создал первое в мире телевизионное шоу о Биткойне – “The Bitcoin Show”. Заразительный энтузиазм Брюса компенсировал полное отсутствие у него опыта в создании телешоу и незнание программного кода. Еще в начале лета Вагнер задумал провести в Нью-Йорке что-то вроде биткойн-конференции, Всемирной выставки биткойн-проектов за 2011 год. Он не скрывал своих амбиций по поводу события, намеченного на конец августа:

    “Я знаю наверняка, что участники конференции слетятся сюда со всех континентов. Некоторые из них прилетят на личных самолетах. Это будет огромное событие. Совершенно точно это будет не просто очередное шоу о Биткойне. Представители международной прессы – телевидение, журналы, газеты – подтвердили свое присутствие”.

    На форумах поначалу появлялись сообщения в духе “Да кто туда вообще пойдет?” Тем не менее по мере приближения назначенной даты список участников разрастался.

    Роджер Вер прилетел из Токио в Нью-Йорк, чтобы посетить конференцию и разделил номер в отеле с Джессом Пауэлом, прилетевшим из Сакраменто. Джед Маккалеб прилетел из Коста-Рики, Майк Карпелес, верный своей репутации, решил остаться в Токио, невзирая на то что Mt.Gox была главным спонсором события. Чарли Ли, разработчик Google, который купил 3 тысячи биткойнов у Майка Хирна, прилетел из Калифорнии. Гэвин Андресен приехал в Нью-Йорк на междугородном автобусе. Гэвин не особенно любил публичные выступления, но билет на автобус стоил недорого, и он не стал упускать возможность встретить в реальности тех людей, с которыми общался в сети весь прошедший год.

    Конференция ярко продемонстрировала актуальное состояние биткойн-сообщества на тот момент со всеми присущими ему хаосом и странными особенностями, разномастными персонажами, легендами, инновациями, амбициями и энтузиазмом.

    Сначала Вагнер предлагал провести мероприятие в одной из захудалых студий OnlyOneTv, но в итоге арендовал зал в отеле “Рузвельт” в центре Манхэттена. Этот зал со стенами, покрытыми гипсокартоном, был самым маленьким из имевшихся в наличии и располагался этажом выше большого конференц-зала. Небольшой кучке участников выставки, которые согласились заплатить по 130 долларов за вход, предоставили ломберные столики, чтобы расположить свои гаджеты, в узком проходе у входа в зал. Вагнер ранее заявлял, что конференция продлится три дня, но на деле все ограничилось тремя выступлениями, которые заняли не более двух часов, а время начала выступлений отстало от графика на четыре часа. Тем не менее те сто с лишним человек, которые принимали участие в конференции, с детским воодушевлением распознавали друг в друге реальные фигуры, стоявшие за онлайн-аватарами. Конференция началась с поименного представления всех участников с указанием их ника в сети.

    Первым выступал Гэвин, который уже успел завоевать признание сообщества. Он рассказал о том, как впервые узнал о Биткойне, и пояснил, почему он считает, что Сатоши передал ему ответственность за проект.

    “Вы можете считать меня идиотом, – сказал он с усмешкой, – Я знаю, что не идеален, поэтому я не бросаюсь в омут с головой. Просто потому, что я могу оказаться неправым. Мое главное достоинство заключается в том, что я обязательно прислушаюсь к вам, если вы скажете, что я облажался”.

    Он привел список направлений, над которыми, по его мнению, следовало продолжать разработки, фокусируясь на вопросах безопасности и стабильности, а также поделился своим стремлением сделать Биткойн “реально скучным”, то есть понятным для большинства пользователей.

    После двух последующих, более технических по содержанию выступлений конференция закончилась короткой речью Вагнера, одетого в полосатую рубашку и черный в полоску френч. Эмоции переполняли его: “Я неимоверно взволнован происходящим здесь. Я люблю вас всех. Это так круто! Верно?” – спросил он.

    В процессе подготовки к конференции он анонсировал “суперважное заявление, от которого все будут в восторге”. Суть заявления Вагнера сводилась к тому, что в октябре 2012 года он планирует провести еще одну биткойн-конференцию в Нью-Йорке. И еще одну – в Амстердаме в июне 2012 года. А шесть месяцев спустя – в Паттайе, в Тайланде. “Если этого окажется недостаточно, мы проведем первый в мире биткойн-тур в Бразилию”.

    Аудитория отреагировала недоуменным молчанием, несколько десятков бровей вопросительно изогнулись, словно вопрошая “Это он что, всерьез?” Но Вагнер не уловил скептического настроения аудитории. И все же участники конференции приехали туда не ради завиральных идей Вагнера, а ради встречи друг с другом. После того как завершилась короткая содержательная часть с выступлениями и групповая фотография была сделана, разговоры продолжались еще весь вечер и всю ночь в ресторане Hudson Eatery, одном из трех в Нью-Йорке, которые Вагнеру удалось убедить принимать к оплате биткойны.

    Там Роджер Вер, предприниматель из Токио, разговорился с программистом из Google Чарли Ли, который посетовал, что компьютеры, на которых он майнит биткойны, стоят у него в гараже. В доме они сильно шумели, грелись и раздражали жену Ли. Роджер предложил ему разместить компьютеры в офисе Memory Dealers, в Кремниевой долине.

    Джесс Пауэл, друг Роджера, который принимал участие в ликвидации последствий взлома Mt.Gox, обнаружил родственную душу в лице создателя биржи Джеда Маккалеба, которому так же, как и Джессу, были свойственны невозмутимое спокойствие и вкус к технологиям. Джесс рассказал ему о своей летней поездке в Токио и о впечатлениях о Марке Карпелесе. А Джед поведал Джессу о своих планах по разработке новой криптовалютной сети, для функционирования которой не потребуется энергозатратный майнинг. Тем временем Гэвина окружили энтузиасты, предлагавшие свою помощь в реализации целей, обозначенных им во время выступления. Невзирая на его нелюбовь к большим скоплениям людей, встреча получилась душевной, всех переполнял энтузиазм, и Гэвин не был исключением.

    Атмосфера, царившая в том ресторане, была одной из важных предпосылок последующего развития Биткойна. Проект, который должен был способствовать дальнейшему уходу от физической реальности и атомизации общества, превратился в концепцию, сплотившую вокруг себя братство вовлеченных энтузиастов, которые сообща трудились над тем, чтобы изменить мир. То же самое сообщество в сети отнюдь не всегда представляло собой такую гармоничную картину. Тем не менее гармония казалась достижимой, и для кучки людей, не склонных к активной общественной жизни в реальном мире, это оказалось важным.

    Когда пришло время оплатить счет, выяснилось, что официант толком не знает, как принять оплату в биткойнах, и прошло не меньше часа, прежде чем транзакция была успешно проведена. Но никого из участников банкета не опечалили трудности применения революционной технологии в реальности, напротив, они стали предметом для дальнейшего обсуждения.

    Нет новостей для отображения